Category: техника

Category was added automatically. Read all entries about "техника".

шурале

"Человек маленького роста и несимпатичной наружности. Лоб поражал своей малой вышиной":

У портьеры, прислонившись к притолоке, стоял, заложив ногу за ногу, человек маленького роста и несимпатичной наружности. Волосы у него на голове росли жесткие, как бы кустами на выкорчеванном поле, а на — лице луговой небритый пух. Лоб поражал своей малой вышиной.
1345541498_990865_11
В "Новой газете" панегирик новой книге поэта (гм) Льва Рубинштейна (не ищите в книге "поэта" - стихов, ну да) назван - "Детектор лжи". Автор рецензии Румянцев, будучи рукопожатым интеллигентом, вряд ли не помнил, что второе название "детектора лжи" - ПОЛИГРАФ. Ну да.
шурале

"Вот и снег нам в подмогу!" - (с) Горбатый:

шурале

(no subject)



"Он был ужасен; но, сверх того, он был краток и с изумительною ограниченностью соединял непреклонность, почти граничившую с идиотством. Страстность была вычеркнута из числа элементов, составлявших его природу, и заменена непреклонностью, действовавшею с регулярностью самого отчетливого механизма. Он не жестикулировал, не возвышал голоса, не скрежетал зубами, не гоготал, не топал ногами, не заливался начальственно-язвительным смехом; казалось, он дажене подозревал нужды в административных проявлениях подобного рода. Совершенно беззвучным голосом выражал он свои требования, и неизбежность их выполнения подтверждал устремлением пристального взора, в котором выражалась какая-то неизреченная бесстыжесть. Человек, на котором останавливался этот взор, не мог выносить его. Рождалось какое-то совсем особенное чувство, в котором первенствующее значение принадлежало не столько инстинкту личного самосохранения, сколько опасению за человеческую природу вообще. В этом смутном опасении утопали всевозможные предчувствия таинственных и непреодолимых угроз. Думалось, что небо обрушится, земля разверзнется под ногами, что налетит откуда-то смерч и всё поглотит, всё разом... То был взор, светлый, как сталь, взор, совершенно свободный от мысли, и потому недоступный ни для оттенков, ни для колебаний. Голая решимость - и ничего более".